Во Франции закрыли престижную школу для детей русских эмигрантов
Основатель элитной школы для российских эмигрантов Le Sallay объявил о ее банкротстве. Преподаватели обвинили проект в невыплате зарплат, а родители учеников готовят жалобы - из-за пропавшей оплате за обучение
Фото: Le Sallay Academy / YouTube
Школа Le Sallay во Франции, созданная выходцами из России для детей русскоязычных эмигрантов, закрывается в конце учебного года из-за финансовых проблем. Совет директоров компании принял решение о банкротстве, сообщил основатель школы Сергей Кузнецов на своей странице в Facebook (принадлежит Meta, компания признана экстремистской и запрещена в России).
«Мы запустили школу в исторически неудачный момент, прямо накануне ковида и череды войн. Последнюю из них, войну в Иране, мы не смогли пережить», — объяснил Кузнецов.
Он отметил, что детям, которые учились в школе в 2025/26 учебном году, выдали дипломы. Однако руководство школы не смогло провести для них последнюю очную сессию.
Решение о закрытии школы он назвал тяжелым и отметил, что от него пострадали многие люди — «родители, учителя, акционеры и кредиторы».
Объявление вызвало бурное обсуждение в соцсетях. В частности, с критикой руководства Le Sallay выступили несколько бывших сотрудников школы, родителей учеников и людей, связанных с другими образовательными проектами Кузнецова. Так, бывший член совета директоров учреждения, глава издательства Vidim Books Александр Гаврилов написал, что финансовые проблемы у школы были давно, и ее руководство с ними не справлялось.
«Я пытался помочь руководству выстроить финансовую модель, при которой школа с оплатой €20 000 в год — не считая перелётов на очные сессии — хотя бы иногда не была убыточной, — сообщил он. — Задача осталась нерешённой, несмотря на высокие зарплаты менеджмента». По словам Гаврилова, инвестиции в Le Sallay были чрезвычайно масштабными и к 2022 году стали «очевидно невозвратными». Школа продолжала привлекать кредиты под планы развития, которые не выполнялись, и арендовала у Сергея Кузнецова принадлежащий ему отель в Бургундии по коммерческой ставке, написал Гаврилов.
Он отметил, что учителя узнали о закрытии учебного заведения за десять минут до начала занятий. Кроме того, по его словам, руководство школы продолжало получать от родителей авансовые платежи за образовательные услуги, «которые заведомо не могла оказать».
Бывший сотрудник Le Sallay Илья Заславский рассказал, что преподаватели не получили последнюю зарплату и до последнего момента принимали оплату за обучение. «Четыре десятка профессионалов остались без работы. Им всем (включая и меня) не выплатили зарплату за два прошедших месяца, сославшись на то, что теперь финансами управляет юридическая администрация, занимающаяся процедурой банкротства, — написал он в соцсетях. — Подобный «кидок» мне до этого приходилось видеть только в кино. Собрать последние деньги с родителей, зная, что бизнес уже обречен. Потянуть с выплатой зарплат, чтобы выиграть как можно больше времени, зная, что платить уже никому не будешь».
Основатель школы Кузнецов в комментарии к посту Заславского ответил, что, когда руководство школы принимало деньги от родителей, оно еще не знало о закрытии проекта. «Когда мы поняли, что это неизбежно, — а это случилось примерно неделю назад — мы постарались сделать всё максимально быстро, — отметил он. — Да, вероятно, то, что мы считали необходимым сделать всё как можно быстрее, чтобы учителя могли найти себе другую работу, а дети — школы, стало одной из причин, по которой объявление о закрытии было сделано так, как сделано. Если бы у меня было больше времени подготовиться, возможно, я сделал бы немного иначе».
Гаврилову Кузнецов возразил, что плата за учебу составляла не €20 000, а в Le Sallay Диалог — €10 000 — 14 000, в Le Sallay Academy — €15 000 — 35 000. По словам основателя Le Sallay, осенью прошлого года, когда у школы случились финансовые проблемы, Гаврилов на совете директоров потребовал обанкротить школу, «несмотря на то, что в этом случае ущерб родителям и учителям был бы существенно выше — искать работу или новую школу в октябре труднее, чем в мае, да и родителей, заплативших за учебный год, было бы в разы больше».
Некоторые представители La Sallay, напротив, вступались за проект. Так, экс-член ее совета директоров Сергей Романчук, который занял место ушедшего Гаврилова написал, что «банкротство происходит открыто и публично». «У меня нет информации, позволяющей сделать вывод о недобросовестности менеджмента. На СД [совете директоров] 25 февраля ничто не предвещало краха, — рассказал он. — По одной из школ группы (а их было две) баланс доходов и расходов за учебный год сошелся в ноль, по другой — в легкий минус». После этого руководство проекта все же приняло решение о банкротстве, так как не смогло найти деньги на покрытие кассового разрыва проекта («одноразово выпало около €300 000»). При этом Романчук подтвердил, что компания и ему должна денег.
Le Sallay Dialogue — международная билингвальная школа, построенная по принципу blended learning. Она была основана в 2018 году писателем Сергеем Кузнецовым и его женой, психологом Екатериной Кадиевой, которые более десяти лет проживают в Париже. Уроки проводились онлайн, но трижды в год ученики должны были приезжать во Францию на сессии, где три недели учились очно на русском и английском языках. Le Sallay давала возможность получить американские документы об образовании и продолжить обучение на Западе, большей частью ее аудитории были дети российских эмигрантов. Школа собирала донаты и получала гранты.
У Кузнецова и Кадиевой есть и другие проекты — детский лагерь «Марабу», смены которого проходят несколько раз в год в разных странах, проект выездных образовательных лекций для взрослых «Шатология», также проходящий на базе отеля Le Sallay, и сам отель на 11 номеров, расположенный в Бургундии в замке XVI века, номера в котором сдаются туристам и организаторам мероприятий. В своем посте Кузнецов написал, что этим проектам ничего не угрожает.
Оставайтесь на связи с РБК в «Максе».
