40 лет аварии на Чернобыльской АЭС. Фотогалерея
Ночью 26 апреля на четвертом энергоблоке Чернобыльской АЭС произошли взрыв и пожар. Авария стала крупнейшей техногенной катастрофой XX века. Последствия — в фотогалерее РБК
26 апреля 1986 года в 1:23 на четвертом энергоблоке Чернобыльской АЭС произошли взрыв и пожар во время испытания перед плановой остановкой реактора.
Уже в 1:28 на станцию поступил сигнал о пожаре, а в первые часы после аварии началась не только борьба с огнем, но и работа по сохранению всей площадки.
ЧАЭС состоит из четырех блоков, причем третий и четвертый стоят рядом и были конструктивно связаны. На снимке — дезактивация помещений третьего энергоблока, февраль 1987 года.
На фото: строительство «Укрытия» над четвертым энергоблоком Чернобыльской АЭС, август 1986 года.
Одной из главных задач после аварии стало строительство защитного объекта над разрушенным четвертым энергоблоком. Так называемое «Укрытие» возводили в предельно сжатые сроки, в условиях высокой радиации и постоянного риска для людей, работавших на площадке.
Строительство первого саркофага завершили в ноябре 1986 года. Спустя более чем 30 лет, в 2019 году, над ним возвели Новый безопасный конфайнмент. Сегодня площадка остается объектом постоянного контроля и ремонта, а на самой ЧАЭС работают около 2250 сотрудников.
Ликвидаторы перед выходом на крышу реактора, 27 апреля 1986 года.
Пожары на наиболее опасных участках станции удалось локализовать в первые часы после взрыва, но работа на разрушенном энергоблоке только начиналась. Одной из самых тяжелых задач стала расчистка крыши и участков рядом с реактором, куда, несмотря на радиацию, выходили ликвидаторы. Ликвидатор Вячеслав Карнюшин вспоминал: «Работали 3,5 минуты за смену, не больше».
По оценкам МАГАТЭ, в ликвидации последствий аварии участвовали около 600 тыс. человек, из них около 240 тыс. работали в 1986–1987 годах.
Дозиметристы проводят замер радиации, 27 апреля 1986 года.
В первые часы после аварии одной из важнейших задач стал непрерывный контроль радиации. Показания приборов позволяли понять, куда можно направлять людей, как долго они могут работать и какие участки представляют наибольшую опасность.
Вид на Чернобыльскую АЭС из кабины вертолета, ноябрь 1986 года.
С воздуха особенно заметен масштаб катастрофы — разрушенный четвертый блок, стройплощадки, техника, временные дороги и инженерные конструкции. Уже 27 апреля начались первые полеты над станцией, а позже вертолеты стали частью большой операции по обследованию территории, сбросу материалов на разрушенный реактор для предотвращения распространения радиации и контролю обстановки.
Совещание по строительству «Укрытия», август 1986 года.
В штабах и оперативных группах координировали строительство «Укрытия», дезактивацию, работу техники, графики смен и перемещение тысяч людей, задействованных в ликвидации.
Проверка аппаратуры на первом энергоблоке, 28 мая 1986 года.
После аварии работа на площадке станции требовала постоянного контроля оборудования и систем безопасности.
Работы шли не только на самой станции, но и на территории вокруг нее: в населенных пунктах, на дорогах, в лесах и на полях.
На снимке — дезактивация местности с воздуха в 30-километровой зоне отчуждения. Основные мероприятия по смягчению последствий аварии продолжались до 1990 года.
Контроль радиационной обстановки на первом энергоблоке, 28 мая 1986 года.
На момент аварии в реакторе находилось около 200 т ядерного топлива, и, по оценкам МАГАТЭ, около 95% этого топлива до сих пор остается внутри объекта. Поэтому контроль радиационной обстановки на площадке ЧАЭС и спустя десятилетия остается одной из ключевых задач.
Дезактивация автомобиля на выезде из зоны, 30 апреля 1986 года.
После аварии техника, транспорт и люди, покидавшие зараженные территории, проходили через специальные пункты контроля и дезактивации. Чернобыль очень быстро превратился в пространство запретов и санитарных мер, где проверялось все, что вывозили за пределы зоны.
Контроль радиации на полях в районе аварии, 27 апреля 1986 года.
Более 200 тыс. кв. км в Европе были загрязнены радиоцезием — радиоактивными изотопами цезия, прежде всего цезием-137, который долго сохраняется в почве и может по пищевой цепочке попадать в организмы животных и далее к людям. Более 70% этой площади пришлось на Белоруссию, Россию и Украину.
В России наиболее заметно пострадали Брянская, Калужская, Орловская и Тульская области, причем наиболее тяжелое загрязнение пришлось на Брянскую область.
Электросварщик после смены на объектах ЧАЭС, октябрь 1986 года.
Два человека погибли сразу после взрыва, еще 28 сотрудников станции и пожарных умерли в первые три месяца после аварии. У 134 человек из числа персонала и спасателей была диагностирована острая лучевая болезнь.
Полет в зону к вернувшимся жителям, осень 1990 года.
Эвакуация Припяти началась 27 апреля в 14:00, примерно через 36 часов после аварии. Жителям говорили брать собой самое необходимое — документы, немного вещей и еду на несколько дней. Однако этот отъезд оказался окончательным для большинства. Позже часть людей все же вернулась — это были так называемые самоселы, в основном пожилые жители окрестных сел.
В воспоминаниях эвакуированной жительницы Припяти Наталии Куцькой первые часы после аварии выглядели почти обманчиво спокойно: «Мы увидели, что над станцией какое-то зарево», — а на следующий день «на улице было очень много детей».
Щит на въезде в зону отчуждения, апрель 1990 года.
30 км — радиус зоны отчуждения, наиболее загрязненной части территории аварии.
Исследование рыб из реки Припять, июль 1990 года.
Основные мероприятия по смягчению последствий аварии продолжались до 1990 года.
Пенсионерка Евдокия Савельевна Шило, жительница села в Брянской области, до которого дошли радиационные осадки из Чернобыля, февраль 1990 года.
Авария затронула не только район станции. Радиоактивное загрязнение распространилось далеко за пределы Украины. В репортаже БелТА Любовь Масько говорит о переселенцах из загрязненных районов: «Им пришлось бросить все... Они фактически оставили свои сердца там».
