Экс-замглавы «Оборонстроя» обвинили в хищении из-за особняка около Кремля
Следствие считает, что при продаже особняка в центре столицы Ирина Ясакова похитила 55 млн руб. Защита настаивает на гражданско-правовом характере спора
Ирина Ясакова (Фото: Александр Щербак / ТАСС)
В Мещанском районном суде Москвы началось рассмотрение уголовного дела в отношении бывшего вице-президента ассоциации «Оборонстрой» и экс-депутата Вологодской облдумы Ирины Ясаковой, обвиняемой в мошенничестве в особо крупном размере. По версии следствия, она похитила 55 млн руб. у экс-советника руководителя Федеральной службы по тарифам (ФТС) Алексея Малоземова при продаже трехэтажного особняка в центре Москвы неподалеку от Кремля.
После оглашения обвинительного заключения подсудимая, находящаяся под стражей с ноября прошлого года, заявила, что не согласна с выводами государственного обвинителя и не признает вину. Об этом сообщает корреспондент РБК из зала суда.
Уголовное дело было возбуждено следователем МВД в 2021 году в отношении неустановленных лиц. Спустя четыре года правоохранительные органы задержали Ясакову, затем суд отправил ее под стражу. Как полагает следствие, в собственности Ясаковой находился трехэтажный дом в Романовом переулке, вокруг которого велись судебные разбирательства. В обвинении указано, что подсудимая знала про вступившее в законную силу определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 2 декабря 2020 года, которым аукционная продажа особняка была признана недействительной, а также располагала сведениями о поданном управделами президента иске об истребовании имущества из незаконного владения.
Несмотря на правовые риски для потенциального покупателя, Ясакова решила продать спорный актив. Как говорится в обвинении, подсудимая гарантировала Алексею Малоземову отсутствие препятствий для перехода права собственности, умолчав о существенных обстоятельствах, способных повлиять на его решение о покупке. Документ предусматривал, что дом не находится в споре, не обременен правами третьих лиц и свободен от притязаний.
Реализация предполагаемой схемы, по материалам дела, началась с заключения 27 июля 2021 года договора купли-продажи. После подписания соглашения Малоземов передал продавцу задаток в размере 500 тыс. руб., а на следующий день стороны обратились в МФЦ для подачи документов на государственную регистрацию перехода права собственности. Далее, по версии следствия, 2 августа 2021 года в одном из ресторанов на Большой Бронной улице Ясакова уведомила покупателя о скорой регистрации сделки и убедила его завершить расчеты. Вскоре после этого, 12 августа, в помещении банка в Пресненском переулке Малоземов передал подсудимой 54,5 млн руб.
Получив денежные средства, утверждает следствие, Ясакова не раскрыла покупателю информацию о продолжающихся судебных спорах, а полученными деньгами распределилась по своему усмотрению. В рамках уголовного дела бывший советник главы ФТС заявил гражданский иск на 144 млн руб. для возмещения материального ущерба.
Адвокаты Ирины Ясаковой заявили в суде, что в действиях их подзащитной отсутствуют признаки состава преступления, а обвинение «построено на предположениях и оценочных суждениях». Защита настаивает, что речь идет о гражданско-правовом споре, который неправомерно переведен в уголовную плоскость. По их мнению, предъявленное обвинение противоречит фактическим обстоятельствам, а выводы следствия не подтверждены допустимыми и достаточными доказательствами.
Защита указала, что у Ясаковой не было умысла на хищение денежных средств как у Малоземова, так и у любого другого потенциального покупателя. Адвокаты подчеркнули, что решение о продаже здания в Романовом переулке принималось независимо от личности приобретателя, а сам объект реализовывался с привлечением риелторского агентства «ОКС капитал». Вместе с этим, по версии защиты, довод обвинения о направленности умысла именно на средства Малоземова не подтверждается материалами дела, в том числе с учетом того, что покупка финансировалась за счет заемных банковских средств, которыми на момент сделки покупатель не располагал. Адвокаты также сослались на правоприменительную практику и разъяснения Верховного суда, отметив, что для квалификации мошенничества необходим прямой умысел, сформированный до получения денежных средств.
